Эко и рак

О настоящем и будущем в лечении онкологических заболеваний женской репродуктивной системы рассказывает руководитель отделения онкогинекологии МНИОИ им. П.А. Герцена, заслуженный врач России, заслуженный деятель науки, лауреат государственной премии России, лауреат национальной премии «Призвание» Елена Новикова.

Вернуться к советской классике

— Елена Григорьевна, опишите общую картину состояния здоровья женской репродуктивной системы у россиянок.

— Не буду оригинальной, если скажу, что все онкологи, не только в России, но и в мире утверждают, что заболеваемость раком растет. Более того, рак становится более «изощренным и молодым».

Что касается нашей страны, надо признать, что россиянки стали более внимательно относиться к своему здоровью, стремясь стать красивыми и «ухоженными». Но, увы, в России отдалился возраст первых родов. Женщины стали заглядывать далеко в будущее: сначала учатся, строят карьеру и только потом планируют рожать. Но, к сожалению, иногда это может и не получиться.

Сейчас в среднем первые роды у женщин происходят в 25 — 35 лет. Но следует помнить, что, родив раньше, женщина обеспечивает себе шанс на здоровье репродуктивных органов. Поэтому мы должны развернуть всю демографическую политику в государстве на установку: вернуться к советской классике первых родов и рожать в 20 – 25 лет.

— В советское время был термин «старородящая»…

— Если раньше этот термин относился к женщинам, рожавшим впервые после 26 лет, то сейчас фактически после 35. Но вот удивительный парадокс: первые роды стали позднее, а начало половой жизни — очень ранним. Мы фиксируем в среднем, подчеркиваю, в среднем начало половой жизни у девочек в 16 лет, но нередко это происходит в 14, 13 и даже в 11 лет. У нас участились случаи абортов в этом возрасте. Это очень опасно, ведь у девочек еще не функциональная гинекологическая система, легко травмируется слизистая, что приводит к заражению вирусной и бактериальной инфекцией.

— Есть ли связь между ранней половой жизнью, поздними родами, абортами и раком?

— Надежд на то, что у женщины появятся какие-то симптомы и подозрения на рак, практически нет! Начальная форма рака женских репродуктивных органов протекает, как правило, бессимптомно. Поэтому ничего иного, кроме как своевременные и систематические осмотры женщин придумать пока невозможно.

Но ваш вопрос справедлив, потому что связь между упомянутыми явлениями есть, например, заражение папилломавирусом, который считается основной причиной рака шейки матки. Допустим, из 100 женщин папилломавирусом заражены 80, но из 80 раком могут заболеть 5-6. Женщины должны минимум раз в год ходить к гинекологу и проходить профилактический осмотр и обследование (мазки с шейки матки и цервикального канала, УЗИ малого таза).

Цифры и факты

— Что входит в женскую репродуктивную систему и какие показатели заболеваемости и смертности?

— В ряде стран специальности гинеколога и маммолога объединены. Это и хорошо, и плохо. В нашей стране это две самостоятельные специальности, поскольку каждая из них глобальна.

Женская репродуктивная система объединяет: молочную железу, матку, шейку матки, маточные трубы, яичники и наружные половые органы. Несмотря на то, что рак шейки матки, молочных желез и наружных половых органов является опухолями «визуальной локализации», женщины обращаются нередко на III и IV стадии заболевания. По официальной статистике, рак репродуктивных органов у женщин в структуре онкозаболеваний составляет 41,4%, смертность — 26,5%. Самая высокая смертность от рака молочной железы. Если говорить об абсолютных цифрах, то они еще более настораживают: в 2016 году рак молочной железы диагностирован у 69 тыс., умерли 22,5 тыс. женщин, раком яичников заболели 14 тыс., умерли 7600, раком шейки матки – 17 тыс. и 6600 соответственно.

В зоне особого внимания

— Мне кажется, что только ленивый не знает, что раннее выявление рака спасает жизнь. Где мы не дорабатываем?

— Мы всегда говорим акушерам-гинекологам: сначала исключите онкологию, потом лечите что угодно. Время, потраченное на терапию неопознанного заболевания, — крайне неблагоприятный фактор в дальнейшей жизни пациентки.

Весь первичный диагностический комплекс должен выполняться в женских консультациях. Именно туда женщина приходит со своими проблемами. От того, насколько врач будет компетентен в вопросах онкологии, зависит жизнь и здоровье пациентки, поэтому мы все должны быть онконастороженными: и врачи, и пациенты!

Гинеколог при малейших подозрениях должен или установить, или исключить злокачественную опухоль, подтвердив это диагностическими исследованиями, а затем направить пациентку к онкологам. В онкодиспансерах, которые имеются практически во всех субъектах РФ, онкогинекологи, химиотерапевты, морфологи, радиологи и ряд других специалистов на консилиуме определят план лечения. Но главное, повторю, мы все должны учиться быть онконастороженными!

Профессиональный подход

— Неужели все так безнадежно? Скажите, мы можем чем-то гордиться в лечении рака репродуктивной системы у женщин?

— Безусловно. Мы излечиваем рак матки, рак шейки матки, яичников первой стадии абсолютно и, более того, сохраняем женщине репродуктивную функцию. В ряде случаев совместно с репродуктологами используем методы вспомогательных технологий, например, ЭКО.

Профессиональное кредо нашего отделения – органосохраняющее лечение по всем локализациям гинекологического рака. Мы к этому шли постепенно. Сейчас в ряде случаев достигаем высоких результатов в органосохраняющем лечении даже при инвазивном раке и всегда работаем над тем, чтобы женщина могла после излечения родить. Наиболее сложная ситуация с определенными формами злокачественных опухолей яичников, но при удачных обстоятельствах мы и их спасаем. Однако говорить, что мы можем это сделать массово, пока нельзя, так как принятие решения и методы лечения очень индивидуальны.

Наши онкологи-гинекологи работают в тесном содружестве с репродуктологами. При этом все решения принимаются совместно с пациенткой, так как она должна знать, какие риски ее могут ожидать.

Вообще заслуга НМИЦ радиологии в том, что женщины, перенесшие онкологическое заболевание репродуктивных органов, могут рожать детей, огромна! Очень большая заслуга в этом вопросе нашего профессора Марины Викторовны Киселевой. Именно она во многих инстанциях: в Госдуме, Совете Федерации, Минздраве обосновывала и доказывала необходимость разрешения использования ЭКО женщинам, перенесшим рак. Как вы знаете, еще семь лет назад был приказ Минздрава, запрещающий эту процедуру онкопациенткам. Именно наши специалисты добились разрешения на ЭКО в таких случаях и дали возможность огромному числу женщин познать материнство.

— В каких случаях ЭКО показано, а в каких нет?

— При раке яичников мы выступаем против ЭКО, даже если пациенты излечены. В то же время вылеченные пациенты от рака матки, шейки матки, наружных половых органов и молочных желез могут использовать этот метод.

Десять лет назад наше отделение института им. П.А. Герцена получило престижную национальную премию «Призвание» за органосохраняющее лечение в онкогинекологии. Мы очень этим гордимся!

— И последнее, советы от доктора Елены Новиковой.

— Обязательная барьерная контрацепция для защиты от вирусной инфекции, не делать аборты, планировать беременность и обязательно раз в год ходить к гинекологу, а после 35 лет — к маммологу и помнить всегда об онконастороженности.

27.09.2019 9276

В сентябре информационное пространство заполнилось обсуждениями болезней нескольких известных российских артисток. По данным СМИ, у них диагностировали опухоли мозга, а незадолго до болезни женщины забеременели с помощью ЭКО.

Эти два факта общественность сразу связала между собой: процедура экстракорпорального оплодотворения оказалась причиной развития опухолей.

Мы решили разобраться, так ли это, и задали вопросы кандидату медицинских наук, репродуктологу Сергею Никитину и онкогинекологу, хирургу-онкологу Павлу Сорокину. Они рассказали, из чего состоит процедура ЭКО, какой из этапов вызывает больше всего страхов, и есть ли связь между ЭКО и раком.

Метод лечения

ЭКО — не рутинная процедура, которая проводится всем, кто захочет, а метод лечения со своими плюсами и минусами.

— Показанием для ЭКО считаются бесплодие, не поддающееся лечению в течение 9-12 месяцев с момента установления диагноза, заболевания, при которых наступление беременности невозможно без использования ЭКО, например, непроходимость фаллопиевых труб или аномалии развития матки, — поясняет Сергей Никитин.

— Реже ЭКО проводится у суррогатных мам и после лечения онкологических заболеваний, — добавляет Павел Сорокин.

Баланс пользы и вреда

Цикл экстракорпорального оплодотворения состоит из нескольких этапов. Первый — стимуляция овуляции.

— Женщина получает гормональные препараты, которые усиливают созревание яйцеклеток. Благодаря этому, в цикле ЭКО можно получить несколько яйцеклеток, а не одну, как это происходит в норме.

Затем проводится пункция фолликулов. С помощью тонкой иглы, под контролем УЗИ, через влагалище врач прокалывает фолликулы и собирает яйцеклетки. В дальнейшем они оплодотворяются в лабораторных условиях — именно это и называется экстракорпоральным оплодотворением. Полученные эмбрионы выращивают несколько дней, а потом переносят в полость матки, где беременность продолжается,— объясняет Павел Сорокин.

— Переносят не более 2 эмбрионов. Больше нельзя из-за высокого риска невынашивания многоплодной беременности, низкой выживаемости и высокого риска инвалидности среди недоношенных детей, — уточняет Сергей Никитин.

Сергею Никитинукандидату медицинских наук, репродуктолог

У ЭКО есть противопоказания. По словам врача-репродуктолога, к ним относятся, например, снижение овариального резерва, наследственные заболевания у женщин, сцепленные с полом, такие как гемофилия.

Кроме того, у любого медицинского вмешательства есть свои риски, и ЭКО — не исключение. Например, беременность в результате ЭКО повышает риск преждевременных родов и низкого веса у ребенка при рождении. Возможные осложнения пункции фолликулов: кровотечение, инфекция, повреждение кишечника, мочевого пузыря или кровеносного сосуда.

Стоит ли включать в этот список онкологические заболевания?

Страхи

Основные опасения скептиков связаны с этапом гормональной стимуляции: большое количество гормональных препаратов, согласно таким теориям, повышает вероятность развития гормонозависимых видов опухолей, таких как рак молочной железы или яичников.

Однако отсутствие беременностей само по себе может увеличивать риск злокачественных опухолей, например, рака эндометрия и яичников. А отсутствие кормления грудью повышает риск рака молочной железы.

— Несмотря на то, что многие злокачественные опухоли чувствительны к уровню гормонов, это не может быть доказательством связи рака и ЭКО. Чтобы обнаружить эту связь, нужно опираться на результаты исследований, сравнивающих частоту возникновения опухолей у женщин после ЭКО с теми, у кого ЭКО не проводилось.

Одно из таких крупнейших исследований включило 19 тысяч женщин, которые прошли процедуру ЭКО с 1983 по 1995 год. Так как рак обычно развивается в более позднем возрасте, за этими женщинами наблюдали в течение 21 года. Исследователи сравнили частоту возникновения рака молочной железы у этих женщин с общей популяцией и не обнаружили различий, — комментирует Павел Сорокин.

Еще один повод поволноваться — пункция яичников: прокол их травмирует. Ученые предположили, что эта травма может увеличивать риск рака яичников.

— К сожалению, эта гипотеза подтвердилась в исследованиях. У пациенток, которым выполнялось ЭКО, увеличивается риск рака яичников. Это было показано в исследовании, включившем более 255 тысяч женщин после ЭКО. Но так как рак яичников – не слишком распространенная опухоль, в абсолютных цифрах этот прирост составляет 5 дополнительных случаев на 100 тысяч женщин в год, — добавляет онкогинеколог.

Павел Сорокин, хирург-онколог, выпускник Высшей школы онкологии (ВШО)

Однако Павел уточняет, что результаты этих исследований сложно интерпретировать, поскольку нельзя однозначно утверждать, с чем связано увеличение риска заболеть раком — с ЭКО или бесплодием.

— В приведенных выше исследованиях в группе сравнения были пациентки, у которых беременность наступала спонтанно. Однако, это принципиально 2 разные группы с разными рисками, — говорит Павел Сорокин.

По словам Сергея Никитина, влияние гиперстимуляции яичников на возможность развития рака молочной железы тоже остается спорным.

— Проведено большое количество эпидемиологических исследований, включая широкомасштабные, которые не показали увеличения относительного риска развития рака молочной железы у имеющих в анамнезе ЭКО женщин. Метаанализ, объединивший исследования с участием 1 554 332 женщин, выявил 14 961 случаев рака молочной железы. Среди них только 576 случаев у женщин, которые лечили бесплодие с помощью вспомогательных репродуктивных технологий.

Связь с другими видами рака

Исследования также не показали увеличения риска рака щитовидной железы, толстой кишки, шейки матки или меланомы после проведения ЭКО.

Сергей Никитин отмечает, что в настоящее время нет исследований, которые бы продемонстрировали, что гиперстимуляция яичников в цикле проведения ЭКО увеличивает риск развития других видов опухолей.

Нам не удалось найти исследований, в которых бы изучалась связь экстракорпорального оплодотворения и вероятности развития опухолей мозга. Но ученые оценивали безопасность ЭКО — длительное время наблюдали за состоянием здоровья большого количества женщин, прошедших через эту процедуру. И в результате не получили данных, позволяющих заподозрить связь между ЭКО и опухолями мозга.

Более того, представить обратный сценарий сложно: опухоли мозга не являются гормонозависимыми, а значит, гормональная стимуляция не может быть причиной развития этого вида рака.

Благодарим за помощь в подготовке текста врачей-онкологов Татьяну Бобровицкую и Полину Шило

Раньше считалось, что в бесплодии «виноваты» женщины, сейчас статистика равна – 50 на 50. Почему же все больше пар становятся бесплодными?

«Мужской фактор прогрессирует, поэтому на нашей базе открыт Центр мужского здоровья. Образ жизни, питание, экология, меньший контроль за здоровьем мужчин. Даже ВОЗ периодически пересматривает нормы спермограмм в сторону занижения. То, что раньше считалось патологией, – теперь норма. Отсроченное материнство тоже ни к чему хорошему не ведет. Заниматься репродукцией, детьми нужно в свое время. Не так давно женщина в 24 уже считалась старородящей, а сейчас сняты возрастные планки и для ЭКО. Считается, что право женщины стать матерью незыблемо в любом возрасте», – говорит Роман Фунден.

Репродуктологи стараются быть честными и отговаривают возрастных женщин от ЭКО.

«Я бы поставил предельный возраст – 40 лет. И это в какой-то степени правильно: у молодой женщины больше результативность, больше перспектив. Я всегда прошу женщину задать себе вопрос: для чего мы пойдем на это, если заведомо знаю, что результата не будет? Честные врачи отказывают, нечестные – нет. Сейчас институт семьи потерян, все стало откладываться на потом. Медицина сейчас может многое, можно и забеременеть в 60 лет. Но целью должна быть не беременность, а рождение хорошего здорового малыша», – считает Роман Фунден.

Опаснее стволовые клетки

В свою очередь, доктор медицинских наук, профессор, заслуженный врач Российской Федерации, директор ГБУЗ «Санкт-Петербургский клинический научно-практический центр специализированных видов медицинской помощи (онкологический)» Владимир Моисеенко считает, что применение таких недоказанных методов, как стволовые клетки, в медицинских целях необходимо регулировать, причем законодательно – слишком велики риски.

«Сегодня складывается парадоксальная ситуация: под сомнение ставятся профилактические меры, такие как вакцинация детей от кори и полиомиелита. При этом взрослые активно используют недоказанные методы: гормоны роста, БАДы и стволовые клетки.

Применение стволовых клеток в омоложении является экспериментальным. Непреложный закон природы гласит о том, что все, что родилось, должно умереть. По этому закону живет большинство клеток человеческого организма. Клетки рождаются, функционируют и умирают. Но есть исключения. К ним относятся стволовые и раковые клетки. Их объединяет ряд общих черт: они способны делиться бесконечное количество раз, они способны находиться в чужом микроокружении, они способны перемещаться по всему организму. Эта биологическая схожесть очень настораживает. Многие механизмы еще до конца не изучены. Нет структурированной информации о связи между возникновением злокачественных новообразований и использовании стволовых клеток, поэтому рано говорить о причинно-следственных связях», – говорит Владимир Моисеенко. Он также подчеркивает, что во многих странах использование в лечебном процессе стволовых клеток запрещено.

Настоящим шоком последних недель стал прокатившийся по информационным лентам и соцсетям тяжелый ком новостей, домыслов, догадок, а порой и просто сплетен о состоянии Анастасии Заворотнюк. Сообщение о том, что молодая, талантливая и многими любимая актриса тяжело больна, потрясло всех — не только ее поклонников, но и тех, кто был к ее творчеству равнодушен, не говоря уже о родных и близких.

Поначалу в это просто не верилось: иногда жуткие заголовки на страницах таблоидов и в Интернете спустя время оказываются дурно пахнущей «уткой» или чудовищной ошибкой. Видимо, не в этот раз. Те, кто в эти дни был ближе всех к Насте, продолжают хранить молчание о ее состоянии. Молчание, которое красноречивей любых слов. И возможно, именно поэтому журналисты снова вспоминают трагедию другой известной артистки — Жанны Фриске, да и многих других звезд, чьи истории заставляют проводить параллели и строить теории, причем одна невероятней другой.

Кто-то обвиняет модные у звезд процедуры со стволовыми клетками, кто-то утверждает, что рак может спровоцировать не так давно появившаяся и, возможно, не до конца исследованная на предмет возможных последствий процедура экстракорпорального оплодотворения — так называемое ЭКО.

Луизе Браун 41 год, она работает няней, вышла замуж за «вышибалу» ночного клуба. Живет ничем не примечательной жизнью в Манчестере, хотя кадры ее рождения транслировали в выпусках новостей по всему миру. 1978 год: миллионы людей смотрели на маленькую Луизу, как на настоящее чудо. Несколько первых лет жизнь маленькой девочки была одной большой гастролью — Штаты, Япония. Луизу встречали как настоящую суперзвезду, ведь она — первый ребенок из пробирки.

Благодаря экстракорпоральному оплодотворению у уже отчаявшихся родить миллионов женщин появился шанс стать матерью. Ученые бросили вызов самой природе. И никто и представить не мог, что спустя почти полвека, когда процедура ЭКО уже стала практически рядовой врачебной манипуляцией (с тех пор было рождено более 6 миллионов детей о всему миру), вдруг появляются пугающие заголовки, в которых безапелляционно станут называть ЭКО виновником скоропостижной смерти российских звезд.

Перед процедурой ЭКО пациентке проводят серьезную гормональную стимуляцию. Неужели введенные гормоны могут стать причиной развития опухоли?

Анастасия Заворотнюк прошла через эту процедуру, и в октябре 2018-го на свет появилась долгожданная дочь Мила. А уже через пару месяцев Насте поставят страшный диагноз — опухоль мозга.

Немецкий доктор Вольфган Вик (актрисе именно в Германии проводили биопсию) объясняет: глиобластома — самая агрессивная из всех известных опухолей мозга. Ее щупальца плетут запутанную паутину, проникающие в разные зоны мозга, буквально поглощая его ткани.

Вольфганг Вик, профессор, медицинский директор Неврологической клиники при Гейдельбергском университете: «Проблема в том, что опухоль растет из клеток самого мозга, и даже если мы удалим всю глиоблостому, микроскопические фрагменты клетки опухоли вызовут новый рост».

Впервые глиобластома перекочевала из медицинских справочников на страницы газет и в телеэфир в связи с болезнью известной певицы Жанны Фриске.

Наталья Фриске, сестра Жанны Фриске: «Все врачи нам говорили, что максимум два месяца, но мы выбили два года».

Два года по меркам этой опухоли — даже больше, чем обещает суровая статистика, ведь борьба с этой болезнью начинается слишком поздно. Глиобластома не оставляет никаких следов, признаков или симптомов, поэтому обнаружить ее в самом начале практически невозможно. Когда заболела Жанна, заговорили о том, что ЭКО может спровоцировать рак. Сестра Жанны рассказывала: певица процедуру искусственного оплодотворения не делала, но проходила стимулирующий беременность гормональный курс лечения.

Наталья Фриске, сестра Жанны Фриске: «Небольшую стимуляцию, прям маленькую дозу гормонов себе делала, это я знаю».

Лечащий доктор Джоржа Клуни, нейрохирург, профессор Ральф Буль объясняет: вмешательство в гормональный фон действительно может стать тем самым неблагоприятным фоном для развития рака.

Ральф Буль, главврач отделения нейрохирургии клиники Золинген, город Кёльн, Германия: «Да, гормональный статус влияет на определенные заболевания организма. Есть, к примеру, риск получить менингиому головного мозга и другие формы рака, в частности, заболевания женских половых органов, которые чаще проявляются именно при изменении гормонального фона».

Его американский коллега говорит о риске развития не только опухолей мозга, но и других форм рака.

Даниель Стейн, нейрохирург: «Лекарства, которые могут вызвать множественную овуляцию, могут увеличить вероятность рака яичников в позднем возрасте. Также существует вероятность, что может быть увеличен риск рака груди или толстой кишки».

В Центре акушерства в Москве, где еще в 86-м появился на свет первый советский ребенок из пробирки, процедура ЭКО проводится ежедневно.

Геннадий Сухих, заслуженный деятель науки Российской Федерации, доктор медицинских наук, профессор, академик РАН: «Есть достаточно много общего в биологии развития эмбриона, а потом плода и развитием опухоли».

Ученые бьются над разгадкой этой тайны уже не один год, но их мнения в вопросе, может ли ЭКО стать причиной рака, диаметрально расходятся.

Геннадий Сухих: «Связывать возможность развития опухолевого процесса у молодой девушки с ЭКО неоправданно».

Еще одно совпадение: и Насте, и Жанне страшный диагноз поставили буквально в первые месяцы после рождения ребенка.

Наталья Фриске: «Она была очень счастлива, что она родила Платона. Узнала о болезни не во время беременности, как многие опять же говорят, а спустя три месяца, когда делали Платону очередную прививку. В этот день у нее очень сильно заболела голова».

Владимир Николенко, профессор, доктор медицинских наук, заведующий кафедрой анатомии человека, директор Научно-исследовательского центра Первого МГМУ имени И. М. Сеченова: «При беременности наступает напряжение иммунной системы, которая контролирует и деление клеток. Могут произойти сбои в ее работе, и в какой-то части тела может наступить неконтролируемый рост клеток, то есть может начать развиваться опухоль».

И еще, увы, когда Жанна Фриске впервые стала мамой, ей было 38, а дочь Анастасии появилась на свет, когда матери исполнилось 47. Мог ли поздний по медицинским меркам возраст стать еще одним катализатором страшной болезни?

Ральф Буль: «Клетки человека стареют и слабее, чем у 20–30 летних. Соответственно, риск выше».

Академик, хирург-онколог Игорь Решетов объясняет: неконтролируемый рост злокачественных клеток происходит, когда случается поломка на клеточном уровне. А перед искусственным оплодотворением пациентка в течение нескольких недель принимает гормоны.

Игорь Решетов, хирург-онколог, академик РАН, директор Клиники кластерной онкологии Сеченовского университета: «Беременность может быть фактором развития опухоли, это известно. ЭКО требует подготовки, естественно, применяются те препараты, которые тоже имеют стимулирующий эффект. То есть опасно не ЭКО, а вещества, которые способствуют быстрому делению клеток».

И еще одно темное пятно — стволовые клетки. Механизм их поведения в организме учеными до сих пор окончательно не изучен. Увы, Анастасия Заворотнюк тоже якобы проходила эту модную процедуру омоложения.

Игорь Решетов: «Они формируют фон для взрыва, стволовые клетки являются провокаторами регенераторных процессов, и любая игра с подобными биологическими вещами, если у человека есть предрасположенность к развитию опухоли, опасна».

Самая агрессивная опухоль мозга не оставляет жертве ни единого шанса на жизнь, и уже сам диагноз глиоблостома звучит как приговор. Но искра надежды все же есть. Например, история Юли. Она узнала о своем заболевании в 20 лет, тогда вся страна как раз следила за судьбой Жанны Фриске. Сейчас красавица Юля отмечает 25-летие и готовится поступить в университет.

Можно было бы сказать, что произошло обыкновенное чудо, но чуда не было — просто врачи ошиблись. После тщательных исследований выяснилось, что у Юли — другая опухоль, с которой можно бороться, а значит — жить. Теперь очень хочется верить, что и обворожительная Анастасия Заворотнюк станет тем редким исключением, когда врачебная ошибка обернется не смертью, а шансом на жизнь.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *